Главная Регистрация Вход
 
Пятница, 18.08.2017, 15:43
   
 
Поиск:
 
Приветствую Вас, Гость | RSS
Форма входа
Логин:
Пароль:
Облако тегов
Главная » 2011 » Декабрь » 26 » Хоббит или туда и обратно книга
16:46
Хоббит или туда и обратно книга
_ _ _ __________________________________ _ _ _


Глава первая
"Неожиданное собрание”

     Жил в земле, в своей норе, обыкновенный хоббит. Не в отталкивающе грязной и сырой яме, полной дождевых червей и пахнущей илом, и не в песчаной и сухой пещере, где не на что сесть и не чего есть. То была нора "хоббита", а это означало наличие комфорта.


     Вход в нору преграждала
зелёная и идеально круглая, как иллюминатор, дверь с блестящей и латунно-жёлтой ручкой, посаженной точно в центре. За ней располагался холл, похожий на тоннель, но тоннель комфортабельный и без единого следа копоти. Его стены были обшиты панелями, а выложенный плиткой пол - застелен коврами и уставлен лакированными стульями и вешалками для верхней одежды: хоббит любил принимать гостей. Плавно и извилисто, всё вперёд и вперёд, бежал тоннель вглубь холма, который жители, живущие в округе, называли Тот Самый Холм. Внутри тоннеля, по всей протяженности и с обеих его сторон, имелись многочисленные круглые двери меньших размеров. Лестниц наш хоббит не жаловал, и его спальни, ванные комнаты, подвалы и кладовые (коих было много), платяные шкафы (а им отводились целые комнаты), кухни и столовые располагались на одном этаже и разделялись одним коридором. Наилучшие из них были по левую руку (от входа, конечно), ибо только на этой стороне имелись окна. Это были глубоко посаженные круглые оконца с видом на сад хоббита, за которым простирались луга, спускавшиеся вниз к реке.

     Хоббит был весьма состоятельным и носил фамилию Бэггинс. Вообще Бэггинсы жили в окрестностях Того Самого Холма с незапамятных времён, и пользовались у соседей большим уважением не только потому, что почти все они были богатыми, но и оттого, что никогда не пускались ни в какие авантюры и не совершали ничего непредсказуемого. Без лишних расспросов можно было догадаться, что ответит хоббит по фамилии Бэггинс на любой заданный ему вопрос. Наша история поведает вам о том, как один из Бэггинсов отправился на поиски приключений и обнаружил, что совершает и говорит вещи исключительно непредсказуемые. Возможно, он потерял уважение соседей, но то, что он приобрёл… впрочем, вы сами увидите, приобрёл он что-нибудь в конце истории или нет.

     Мать нашего исключительного хоббита звали… Вы спросили, кто такие хоббиты? Что ж, в наши дни хоббитам действительно нужно дать какое-то описание, ибо попадаться они стали довольно редко, а сторониться Больших Людей, как они прозвали нас с Вами, - довольно часто. Хоббитами называют (или называли) маленький народ, рост представителей которого был наполовину ниже, чем у нас и чуть меньше, чем у бородатых гномов. Бороды у хоббитов не было вовсе. Не обладали они и какими-то магическими талантами, кроме, пожалуй, одного повседневного умения быстро и бесшумно исчезать, завидев, как неповоротливо большой, бестолковый люд, вроде нас с вами, движется на них, спотыкаясь и топая, словно  стадо слонов, да так шумно, что их слышно за целую милю. Хоббиты были склонны все свои пути сводить через желудок и любили одеваться в яркие цвета (предпочтительно зелёный и жёлтый); они совсем не носили
обувь, так как их ноги имели особые ступни, снизу защищённые кожистыми и от природы жёсткими подошвами, а сверху покрытые коричневыми и тёплыми как шерсть волосами; подобная же растительность (только более кудрявая) росла у них на голове; у них были длинные, проворные и смуглые пальцы, добродушные лица и низкий, довольно звучный смех (особенно после ужина, который они устраивали себе по два раза на дню, если им это удавалось).

     Теперь, когда Вы знаете о хоббитах довольно, я бы хотел продолжить. Итак, мать хоббита, имя которого, кстати, было Бильбо Бэггинс, звали прелестной Белладонной Тук. Она была одной из трёх примечательных дочерей Старого Тука, правителя всех хоббитов, жившего на другом берегу небольшой реки, что текла у подножья Того Самого Холма и называлась Водная. Частенько хоббиты из других фамилий говорили, что давным-давно один из предков семьи Тук взял себе в жёны фею. И хоть это, конечно, являлось полным абсурдом, кое-какая, совсем не хоббитовская черта, у них всё же имелась. Дело в том, что время от времени члены семейного клана Тук отправлялись на поиски приключений. Как правило, они благоразумно исчезали, и их родные это замалчивали. Несмотря на это, факт оставался фактом – Туки не были такими уважаемыми хоббитами, по сравнению с Бэггинсами, хоть они и, несомненно, были богаче их. Не то, чтобы Белладонна Тук после того, как она стала миссис Бэггинс, стремилась к приключениям. Банго, так звали отца Бильбо, построил для неё (частично за её же деньги) самую роскошную хоббитовскую нору, подобных которой не было ни в окрестностях Того Самого Холма, ни на другом берегу реки Водной. Там они и прожили до конца своих дней. Вполне возможно, что их единственный сын Бильбо, будучи и по внешнему виду, и по повадкам второй копией своего крепкого и уравновешенного отца, в характере у себя имел присущую всем Тукам странность, которая сидела глубоко внутри него и лишь ждала удобного случая. Проявилась эта странность не раньше того времени, когда Бильбо вырос, достиг около пятидесяти лет отроду и, фактически полностью осев на одном месте, стал жить в замечательной хоббитовской норе, построенной его отцом и только что в подробностях мной описанной.

     Было это давным-давно, в тихом уголке большого мира, когда шума было мало, а зелени вокруг было много, и когда хоббиты жили в достатке многочисленными поселениями. Однажды утром, когда Бильбо Бэггинс после завтрака стоял на улице возле своей двери и курил огромную, длинную, деревянную трубку, которая чуть ли не касалась его мохнатых и аккуратно причёсанных ступней – так вот в то самое утро, по весьма любопытному стечению обстоятельств, мимо его жилища проходил Гэндальф. Гэндальф! Если бы вы слышали хотя бы малую часть того, что знаю о нём я (а мои познания составляют лишь несколько стоящих рассказов), вы были бы готовы к поразительной истории любого рода. Куда бы он ни приходил, удивительные истории и приключения тут же непостижимым образом распускались вокруг, как почки на деревьях. Но Гэндальф давным-давно не появлялся в окрестностях Того Самого Холма, и не только с тех времён, когда его приятель Старый Тук упокоился с миром, а все хоббиты фактически позабыли, как он выглядел. Он бродил далеко за пределами Холма и другого берега Водной реки, занятый своими делами, ещё тогда, когда многие хоббиты, не знавшие его в лицо, были маленькими хоббит-мальчиками и хоббит-девочками.



     И вот в то утро перед ничего не подозревающим Бильбо остановился незнакомый ему старик с длинным посохом. На нём была высокая, остроконечная шляпа синего цвета, длинный серый плащ и серебристый шарф, поверх которого, минуя талию и почти касаясь огромных чёрных ботинок, свисала белая борода.

     – Доброе утро! – сказал Бильбо, и его фраза была им вполне осмысленна, так как солнце в тот момент светило ярко, а трава имела насыщенный зелёный цвет. Но Гэндальф лишь внимательно посмотрел на него из-под своих густых и мохнатых бровей, скрыть которые не могли даже поля его солнцезащитной шляпы.

     – Что ты имеешь в виду? – сказал он. – Желаешь ли ты мне доброго утра, или говоришь мне, мол: "А вот доброго утра не желаете”? Или сегодня утром у тебя доброе расположение духа? Или, может, только по утрам и нужно всем быть добрыми?

     – Я имел в виду всё это сразу, – сказал Бильбо. – К тому же, это утро просто создано для трубочки доброго, старого табака, выкуренной на свежем воздухе. Если у Вас при себе есть трубка, садитесь рядом и угоститесь из моей табакерки! Спешить нам абсолютно незачем, ибо впереди у нас целый день!

     Сказав это, Бильбо сел на лавку около своей двери, и, скрестив ноги, выпустил изо рта замечательное, светло-серое кольцо дыма, которое, не распадаясь, долго плыло вдаль по воздуху, огибая сверху Тот Самый Холм.

     – Очень мило! – сказал Гэндальф. – Но у меня сегодня нет времени ни на курение, ни на пускание дымных колец. Я здесь ищу того, кто поучаствовал бы со мной в одном приключении, что я готовлю. А найти такого соратника я никак не могу. 

     – Найти его в наших местах не просто! – отвечал ему наш добрый мистер Бэггинс. – Мы народ тихий и простой, и всякие приключения нам без надобности. Отвлекающие и никчемные штуки эти приключения! Из-за них только на ужин опаздываешь! Ума не приложу, и что другие в них находят?

     После такой тирады он заложил большой палец за одну из своих подтяжек и выдул ещё одно дымное кольцо, по размеру ещё больше первого. Затем он достал свои утренние письма и принялся их читать, делая вид, что не обращает никакого внимания на стоящего рядом старика. Ранний визитёр был ему не по нраву, и он хотел, чтобы тот поскорее ушёл восвояси. Однако старик уходить не собирался. Он стоял, облокотившись на свой посох, и пристально смотрел на хоббита, не говоря ни слова. Наконец Бильбо это стало мешать и даже немножко раздражать.

     – Доброго Вам утра, милейший! – сказал он. – Спасибо, но нам тут не нужны никакие приключения! Попытайтесь найти компаньона за Тем Самым Холмом или на другом берегу реки Водной.

     Таким образом, он хотел показать, что разговор окончен.

     – Как много разных значений ты вкладываешь в выражение "Доброе утро”! – сказал Гэндальф. – Теперь, как я понимаю, ты хочешь со мной распрощаться, а это будет уместно, только когда я двинусь прочь.

     – Совсем нет, совсем нет, мой дорогой сэр! Постойте, я, кажется, не знаю Вашего имени?
    
     – Да, да, мой дорогой сэр! Вот я-то как раз знаю твоё имя, мистер Бильбо Бэггинс. А ты, я уверен, знаешь моё имя, хоть и не помнишь того, кто его носит. Я Гэндальф, и тот, кто изрёк: "Гэндальф”, имел в виду меня! Надо же мне было дожить до того дня, когда сын Белладонны Тук станет распинать меня своим "добрым утром”, словно продавца пуговиц у входной двери!
    
     – Гэндальф, Гэндальф! – вскричал Бильбо. – О всемогущий создатель! Не тот ли это странствующий маг и кудесник, который подарил Старому Туку пару волшебных, алмазных запонок, что застёгивались сами и не расстёгивались без особого приказа? Не тот ли это славный сказитель, что украшал любые праздники чудесными историями о драконах, гоблинах, огромных великанах, спасении прекрасных принцесс и неожиданных удачах вдовьих сыновей? Не тот ли это человек, что устраивал неописуемые по своей красоте фейерверки? О, я помню их у Старого Тука в день Празднования Середины Лета. Это было великолепно! Они рассыпа’лись в предзакатном небе и были похожи в тот вечер на гигантские лилии, бутоны львиного зева и капли золотого дождя ракитника!

     Как вы очевидно уже заметили, мистер Бэггинс был не так прозаичен, как хотел показаться. К тому же он был очень неравнодушен к цветам. Итак, он продолжал:

     – Не Гэндальф ли это, ответственный за то, что многие, спокойные до этого парни и девушки отправлялись за далёкие моря в поисках любых приключений – от лазания по деревьям до посещения Эльфов, плавания на кораблях и путешествия к незнакомым берегам! Помилуй бог, жизнь была вполне интер… Я лишь хочу сказать, что в своё время Вы волновали здесь умы многих. Прошу прощения, но скажите, Вы всё ещё при деле?

     – А разве я могу быть не при деле? – отвечал маг.  – В любом случае, я рад, что ты кое-что обо мне помнишь. Раз ты с такой теплотой вспомнил мои фейерверки, значит, земля сия небезнадёжна. И ради твоего деда Тука и бедной Белладонны я даю тебе то, о чём ты просил.

     – Прошу прощения, но я ничего не просил!

     – Конечно, просил! Вот уже дважды. Ты просил моего прощения. Тебе его даю я. Но я не стану ограничиваться лишь этим и отправлю тебя за одним из приключений. Мне оно занятное, для тебя приятное и к тому же прибыльное, если ты сумеешь все трудности пройти.

     – Очень жаль! – сказал Бильбо. – Мне не хочется приключений. Спасибо, но не сегодня. Доброго Вам утра, милейший! И приходите в любое время ко мне на чай! Да хоть бы и завтра? Приходите завтра! Всего доброго!

     Сказав это, хоббит повернулся и юркнул внутрь, прикрыв за собой круглую дверь так быстро, как только посмел, чтобы не показаться чересчур невежливым. Магов и колдунов лучше не расстраивать.

     – И зачем я только пригласил его на чай! – сказал он сам себе, войдя в буфетную. И хотя он совсем недавно позавтракал, съесть и запить чем-нибудь одну или две лепешки после таких треволнений он посчитал вполне уместным.
    
     Тем временем Гэндальф ещё долго стоял снаружи у его двери и тихонько посмеивался. Через какое-то время он подошёл к красивой зелёной двери хоббита, нацарапал на ней острым концом своего посоха непонятный знак и пошёл прочь. А Бильбо в тот момент, доедая вторую лепёшку, размышлял о том, как удачно ему удалось избежать всех авантюр и приключений.

     На следующий день он почти забыл про Гэндальфа. Бильбо не запоминал события, если он не записывал их в свою Памятку Визитов таким, к примеру, образом:

•    "Гэндальф. Чаепитие в среду”.

     Вчера же он был слишком взволнован, чтобы написать нечто подобное.

     И вот, незадолго до вечернего чая, висевший над его входной дверью колокольчик вдруг издал оглушительный звон. Услышав это, Бильбо сразу всё вспомнил! Он живо поставил чайник на плиту, вынул из буфета вторую чашку и второе блюдце и, не забыв про дополнительные одну или две лепёшки для гостя, кинулся отворять дверь. Но когда он хотел сказать фразу: "Мне жаль, что я заставил Вас ждать”, он обнаружил, что это был совсем не Гэндальф. 

     На пороге стоял гном. Его синяя борода была заткнута за пояс золотистого цвета, а его неимоверно живые глаза так и горели под тёмно-зелёным капюшоном. Как только дверь открылась, он стремительно вошёл внутрь, как будто его ждали. Повесив свой плащ с капюшоном на первую же вешалку и, низко поклонившись, он произнёс:

     – Двалин к Вашим услугам!

     – А к Вашим услугам Бильбо Бэггинс! – сказал хоббит, от удивления не зная, что ещё спросить. Когда последовавшее  за этим молчание стало казаться неловким, он добавил:

     – Я как раз собирался пить чай! Прошу Вас, составьте мне компанию. – Приглашение это, хоть и прозвучало в устах Бильбо немного натянуто, исходило от всей души. И потом, как бы Вы себя повели, если бы к Вам в гости неожиданно пришёл гном и повесил бы у Вас в прихожей свою одежду без единого объяснения?

     Не успели они провести достаточно времени за столом, фактически каждый приступил лишь к третьей лепёшке, как колокольчик зазвенел ещё сильнее и оглушительнее.

     – Прошу меня извинить! – сказал хоббит и опять поспешил к двери. Он уже приготовил фразу: "Ну, Вы, наконец, и здесь!” – чтобы сказать её Гэндальфу. Но это снова был не Гэндальф.

     На этот раз перед ним стоял очень старый гном с белой бородой в ярко-красном капюшоне. Он тоже заскочил внутрь, едва открылась дверь, как будто его давно ждали.

     – Я вижу, они уже начали подтягиваться, – сказал он, заметив зелёный капюшон Двалина. Повесив свой красный капюшон рядом, он приложил к груди руку и сказал:

     – Балин к Вашим услугам!

     – Спасибо! – сказал Бильбо, открыв от удивления рот. Это было совсем не то, что следовало бы сказать, но то, как гномы начали подтягиваться, очень встревожило Бильбо. Нет, визитёрам он, конечно, благоволил, но предпочитал быть с ними знакомым до того, как они к нему приходили в гости. К тому же, он всегда любил лично приглашать их к себе. К нему в голову пришла ужасная мысль, что лепёшки могут быстро закончиться. Однако нелёгкие обязанности хозяина дома он знал, неотступно им следовал и потому всегда был готов без чего-то обойтись. Итак, сделав глубокий вздох, он сказал:

     – Не откажите выпить с нами чаю!

     – А лучше бы немного пива, если Вам всё равно, мой добрый сэр, – ответил белобородый Балин. – И какой-нибудь кекс будьте любезны, желательно с тмином, если таковой найдётся.

     – Найдётся, и много! – ответил Бильбо к своему собственному удивлению. Не переставая сам себе удивляться, он стремглав помчался в погреб, чтобы наполнить однопинтовый пивной кувшин, а потом – в кладовую, чтобы принести оттуда два восхитительно круглых тминовых кекса, которые он испёк после обеда для лёгонькой закуски перед сном.

     Когда он вернулся к столу, Балин и Двалин сидели и беседовали друг с другом как старые друзья (они, кстати говоря, были братьями). Но только он со звоном поставил перед ними на стол пиво и кексы, как колокольчик за дверью снова заверещал – сначала один раз, а потом второй.
"Надеюсь, это Гэндальф, наконец”, – думал Бильбо, когда, пыхтя, бежал по коридору. Но это было не так. На этот раз гномов было двое – оба в синих капюшонах, серебристых поясах и при жёлтых бородах. Также каждый имел при себе по сумке с инструментами и по лопате. Дверь только-только начала отворяться, как они заскочили внутрь, что Бильбо уже не удивляло.

     – Чем могу служить Вам, гномы? – спросил он.

     – Кили к Вашим услугам! – сказал один из них.

     – И Фили! – сказал второй, и они оба, откинув синие капюшоны, поклонились.

     – Рад Вам служить и Вашим семьям! – ответил Бильбо, вспомнив, наконец, свои манеры.

     – Вижу, Двалин и Балин уже здесь, – сказал Кили. – Что ж, поспешим – ведь скоро вся компания будет в сборе!
"Будет в сборе! – подумал мистер Бэггинс. – Что-то мне не нравится слово "будет”. Нужно срочно сесть, что-нибудь выпить и хорошенько подумать”.
    
     Но только он отпил из своей кружки, примостившись в уголке, и едва гномы уселись вокруг стола и стали говорить о копях, шахтах, золоте, напастях от гоблинов, бедах от драконов и о других вещах, абсолютно непонятных и неинтересных для Бильбо по причине их излишней авантюрности, – как за дверью опять раздалось: "Динь-динь-динь-динь”! На этот раз колокольчик трезвонил так, будто там стоял несносный, малолетний хоббит и отрывал от него себе шнурок.

     – По-моему, там кто-то пришёл, – сказал Бильбо, моргнув.

     – Судя по звуку, там их четверо пришло, – сказал Фили. – К тому же, мы видели, как они за нами шли.

     Несчастный, маленький хоббит сел у себя в прихожей. Взявшись за голову, он пытался понять, что произошло и что ещё должно произойти, и неужели все эти гости останутся у него на ужин. Но тут колокольчик зазвенел так громко, как не звучал никогда, и Бильбо пришлось поспешить к двери.
На пороге было не четверо, а ПЯТЕРО гномов. Пятый подошёл в тот момент, когда Бильбо сидел в прихожей и думал. Он успел лишь повернуть ручку двери, как они все зашли внутрь, кланяясь и по очереди говоря: "К Вашим услугам, к Вашим услугам”. Имена их были: Дори, Нори, Ори, Оин и Глоин. После этого на вешалке прибавилось два фиолетовых капюшона, один серый, один коричневый и один белый капюшон.

     Раздевшись, гномы засунули свои широкие ладони за серебристые и золотистые пояса и прошествовали к столу, к своим собратьям. Всех собравшихся уже можно было назвать не просто "Компанией в сборе”, а "Шумной компанией в сборе”. Кто-то просил ещё эля, кто-то тёмного портера, кому-то нужно было кофе, и всем без исключения – лепёшек и кексов. Так что наш хоббит только успевал всем угождать и был на какое-то время очень занят. Большой кофейник был поставлен на плиту, тминовые кексы были съедены, и когда гномы принялись за лепёшки с маслом, раздался громкий стук в дверь. Не звонок в колокольчик, а этакий "бум-бум” прямо по красивейшей и зелёной двери хоббита. Кто-то стоял снаружи и колотил в дверь палкой!

     Бильбо, рассерженный, но одновременно сбитый с толку и как будто "встряхнутый”, устремился по коридору. Такого по средам с ним ещё не было. Он одним рывком распахнул дверь, и к нему в нору посыпался дождь из гномов, коих было ещё четверо! За ними стоял Гэндальф, опершись на свой посох, и от души смеялся. На красивой двери он уже сделал приличную вмятину, совсем, кстати, отбив тот секретный знак, что поставил прошлым утром.



     – Осторожней! Осторожней! – сказал он. – Разве можно, Бильбо, сначала заставить друзей скопиться около двери, а потом дернуть её как хлопушку! Разреши тебе представить: это Бифур, Бофур, Бомбур и, главный образом, Торин!

     – К Вашим услугам! – сказали Бифур, Бофур и Бомбур, стоя в один ряд. Затем все повесили на вешалку два жёлтых капюшона и один бледно-зелёный; также на вешалке оказался капюшон небесно голубого цвета с серебряной кисточкой, принадлежавший Торину. Это был чрезвычайно важный гном, не кто иной, как сам Торин Оукеншилд, что значило Торин -"Дубовый Щит”. Он был совсем не в восторге от того, что плюхнулся на пол перед Бильбо, да ещё принял сверху на себя Бифура, Бофура и Бомбура – ведь один только Бомбур был невероятно толстым и тяжёлым. Поэтому Торин принял надменный вид и ничего не сказал про свои услуги. Увидев это, Бильбо так долго и много перед ним извинялся, что Торин, наконец, сменил гнев на милость и, перестав хмуриться, проворчал: "Право, не стоит”.

     – Ну вот, вся компания в сборе! – сказал Гэндальф и посмотрел на свою шляпу, что висела рядом с тринадцатью съёмными и самыми нарядными капюшонами. – Очаровательная компания! Надеюсь, для опоздавших осталось угощение! Что здесь? Чай! Благодарю! Мне немного красного вина, пожалуй.

     – И мне, – сказал Торин.

     – А мне малиновый джем и яблочный пирог, – сказал
Бифур.

     – И пирожок с миндалём и сыр! – сказал Бофур.

     – И пирожок с ветчиной и салат! – сказал Бомбур.

     – И ещё лепёшек с кофе, будьте так любезны! – закричали остальные гномы через дверь в столовой.

     – Добавь ещё несколько яиц, и будешь молодцом! – сказал Гэндальф вслед хоббиту, который заковылял в буфетную. – И не мешало бы принести холодной курицы и солений!

     "Похоже, он знает содержимое моих кладовых не хуже меня самого,” – подумал мистер Бэггинс. Он был очень смущён и уже начинал подумывать, не пришло ли одно из тех самых никчемных приключений прямо к нему в дом. К тому времени, как он нагромоздил на большие подносы все бутылки и блюда, ножи и вилки, стаканы, тарелки, ложки и много чего ещё – лицо его раскраснелось, а сам он стал разгорячен и раздражен.

     – Затюкать бы и сбить с толку этих гномов! – сказал он во весь голос. – Ждёшь от них, ждёшь помощи..!

     Но глядь! У двери в кухню уже стояли Балин с Двалином, а за ними Фили и Кили. Не успел наш хоббит и глазом моргнуть иль слово "нож” сказануть, как они смахнули все подносы, прихватили с собой пару столиков и быстро их накрыли.

     Гэндальф сел во главе собрания, а тринадцать гномов расположились вокруг. На стульчике у камина, изредка покусывая сухое печенье, сидел Бильбо (аппетит у него совсем пропал) и пытался сделать вид, будто всё это для него дело обычное, и никакими приключениями здесь не пахнет. Гномы всё ели и ели, без умолку говорили, а время шло. Наконец, когда они стали отодвигаться от стола, Бильбо встал, чтобы собрать их тарелки и стаканы.

     – Полагаю, Вы останетесь на ужин? – спросил он их самым вежливым  и учтивым тоном.

     – Конечно! – ответил Торин. – И после ужина тоже. Наше дело мы обсудим позднее, наполнив сначала этот дом музыкой. А теперь – прибираться!

     И тут же все двенадцать гномов – Торин, будучи очень важным, остался беседовать с Гэндальфом – выскочили из-за стола и стали строить... Читать дальше

Просмотров: 2489 | Добавил: voronine | Теги: Хоббит - читать книгу | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Все переводы
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Поиск