Главная Регистрация Вход
 
Среда, 19.12.2018, 04:18
   
 
Поиск:
 
Приветствую Вас, Гость | RSS
Форма входа
Логин:
Пароль:
Категории раздела
Хоббит. Туда и обратно. [338]
Перевод на русский язык
Доступно для чтения [16]
Облако тегов
Главная » Файлы » Хоббит » Доступно для чтения

Хоббит или Туда и обратно глава 8. Стр. 3

Для того, чтобы скачать материал, необходимо зарегистрироваться.
07.01.2012, 13:18
- Хоббит или туда и обратно -
Перевод от Voronine ©
_ _ _ __________________________________ _ _ _

Возможно, это была не самая удачная песня, однако прошу вас не забывать, что хоббит сочинил её сам, экспромтом и впопыхах, попав в весьма неудобное положение. Во всяком случае, она возымела именно то действие, какое он хотел. По ходу пения он бросал в пауков камни и топал ногами. Буквально все пауки последовали за ним из своего логова: одни прыжками спустились на землю, другие передвигались по веткам, либо качаясь от одного дерева к другому на своих нитях, либо плетя новые ловушки в тёмных местах. Они поспевали за его голосом быстрее, чем он ожидал. Кроме того, они были очень злы. Не считая камней, ни один паук в мире не любил, когда его называли "Аттеркоп” (в переводе с древнего языка – Ядовитая Башка). Что же касается словосочетания Старый Дурак, то оно любому существу покажется оскорбительным. Бильбо побежал в другое место, но несколько пауков тоже устремились в разные стороны той поляны, где они обитали, и принялись плести сети во всех пустых местах между стволами деревьев. Вскоре хоббит очутился внутри огороженного толстой паутиной места, что и было, в сущности, задумкой пауков. Стоя посреди приближающихся к нему и продолжающих плести нити насекомых, Бильбо собрал в кулак всё своё мужество и запел другую песню:

 

"Лентяй Паук и его злой  Друг

Меня захотели поймать.

Моё сладкое мясо им глянулось сразу

Но никак им меня не сыскать!

Вот она я, муха твоя,

Эй, ленивый и толстый!

Спятив, вы сети ставили зря,

Меня вам поймать непросто!”

 

Он обернулся и обнаружил, что последний проём между двумя высокими деревьями, хоть и был закрыт паутиной, но к счастью не основательно. Там, от одного дерева к другому, были наскоро протянуты лишь длинные толстые нити без сетки. Показался его короткий меч. Он разрезал им нити на мелкие куски и, продолжая петь, выбежал наружу.

Пауки увидели меч, хотя вряд ли они поняли, что это такое, и сразу же вся их стая пришла в движение, побежав за хоббитом по земле и по ветвям деревьев, раскачивая мохнатыми ногами, щёлкая клешнями и прядильниками, тараща глаза и испуская пену от ярости. Они последовали за ним в лес до тех пор, пока Бильбо не ушёл на достаточно благоразумное расстояние.

Затем, тише воды ниже травы, он стал возвращаться обратно. Он знал, что драгоценного времени у него очень мало, прежде чем раздосадованные пауки приползут назад к своим деревьям, где были подвешены гномы. А пока он должен был их освободить. Самым сложным для него сейчас было забраться наверх, к длинной ветке, на которой болтались коконы. Не думаю, что он сумел бы это сделать, если бы не оставленная пауком длинная нить, свисавшая вниз. И хотя эта нить резала хоббиту руки и причиняла им боль, он сумел влезть по ней на самый верх. Там он столкнулся со старым, грязным и толстобрюхим пауком, который остался охранять пленников и занимался сейчас тем, что ощупывал их, выбирая для еды самого сочного. Все его мысли были заняты предвкушением пиршества во время отсутствия его остальных сородичей. Мистер Бэггинс решил действовать быстро, и не успел паук понять, что произошло, как его насквозь пронзило лезвие меча, и он мёртвый свалился с ветки. Следующей задачей Бильбо было освобождение первого гнома. Но как? Если он перережет нить, держащую кокон, несчастный гном со всего размаху упадёт на землю. Размышляя таким образом, он осторожно ступал по длинной ветке (из-за чего она качалась, а бедные гномы тряслись, словно спелые фрукты), постепенно подбираясь к первому кокону.


"Фили или Кили”, – подумал он, разглядывая кончик синего капюшона в верхней части кокона. – "Скорее всего, Фили”, – решил Бильбо, увидев часть длинного носа, выпирающего наружу. Свесившись с ветки вниз, он сумел разрезать почти все крепкие, липкие нити, опоясывавшие гнома вокруг, и вскоре, извиваясь всем телом и срывая с себя их остатки, перед ним, действительно, показался Фили. Как это ни странно, но, боюсь, Бильбо тогда рассмешил вид гнома, дёргающего руками и ногами и танцующего на паутинной нити, что держала его под мышки. Он был похож на одну из тех забавных игрушек, прыгающих на проволочке.

Так или иначе, Фили удалось затащить на ветку, где он постарался всеми силами помочь хоббиту, хотя и чувствовал себя очень плохо из-за паучьего яда и подвешенного состояния, в котором он пребывал в течение почти всей ночи и следующего дня, вращаясь из стороны в сторону и дыша одним лишь носом. Он бесконечно долго выскребал потом со своих глаз и бровей гадкую паутину, а что касается бороды, то её вообще пришлось почти всю обрезать. Итак, взявшись вместе, они стали тянуть к себе сначала одного гнома, потом другого и освобождать их из коконов. Никто из их друзей не чувствовал себя лучше Фили, а некоторым было ещё хуже. Кое-кто вообще чуть не задохнулся (как видите, длинные носы иногда полезнее), а некоторые получили больше яда.

Так были освобождены Кили, Бифур, Бофур, Дори и Нори. Несчастный старина Бомбур был так обессилен, (он был самый толстый, и его без конца щипали и пинали), что он просто напросто свалился с ветки и шлёпнулся наземь, к счастью на ковёр из листьев, и продолжил лежать там без движения. Однако на ветке оставались висеть ещё пять гномов, когда пауки, ещё более разъярённые, снова стали возвращаться. Бильбо сразу же встал с того конца ветки, где она начинала свой рост от ствола, чтобы задержать карабкающихся вверх пауков. Он снял кольцо после освобождения Фили и забыл его одеть, поэтому сейчас пауки принялись брызгать слюной и шипеть на него.

– Теперь мы видим тебя, мелкий гадёныш! – свистели они. – Мы сожрём тебя, и оставим твои кости и кожу висеть на дереве. А! У него, значит, есть жало? Мы его тоже ужалим и оставим денёк-другой повисеть вверх ногами.

В это время остальные гномы освобождали пленников, разрезая нити их коконов своими ножами. Вскоре все они были свободны, но никто не знал, что может случиться в следующую минуту. Пауки смогли изловить их достаточно легко прошлой ночью, но нападение их в темноте было внезапным. На этот раз всё выглядело так, что готовилась жестокая схватка.

Вдруг Бильбо заметил, что пауки собрались на земле вокруг старины Бомбура, снова его связали и потащили за собой. И тогда он с криком стал тыкать мечом прямо в ползущих снизу бестий. Они быстро отступили, и хоббит сполз с дерева и упал в самую гущу тех пауков, что были внизу. То, что было у хоббита, было для них невиданным жалом. Как же оно быстро двигалось, то втыкаясь в них, то отскакивая! Оно радостно светилось, пронзая их насквозь. Полдюжины пауков были убиты наповал, в то время как остальные уползли прочь, оставив Бомбура хоббиту.

– Спускайтесь! Спускайтесь вниз! – закричал он гномам, стоящим на ветке. – Не ждите, пока вас опять затянут паутиной! – Он видел, как пауки целыми группами стали собираться на соседних деревьях, а некоторые уже сидели на ветвях, прямо над головами гномов.

Кто соскользнув по стволу, кто просто прыгнув вниз, все одиннадцать гномов быстро оказались на земле, сбившись в одну кучу. Выяснилось, что у большинства дрожат и не слушаются ноги. Итак, они все были сейчас внизу – двенадцать, включая бедного старину Бомбура, поддерживаемого с обеих сторон его кузеном Бифуром и братом Бофуром. Бильбо скакал вокруг них и размахивал Жалом перед сотней разгневанных пауков, таращивших на них свои бельма. Их положение было безнадёжным.

И схватка началась. У нескольких гномов были ножи, у других – палки, и все они могли метать камни. У Бильбо же в руках был его эльфийский кинжал. Снова и снова они отражали атаки пауков, убив их немало. Однако это не могло продолжаться долго. Схватка переросла в бой, и Бильбо уже изнемогал от усталости, в то время как лишь четверо гномов были способны крепко стоять на ногах. Очень скоро их стали задавливать силой, как загнанных мух. Пауки уже начали снова вить свои сети вокруг них, от одного дерева к другому. Под конец у Бильбо не было ни одной свежей идеи, кроме той, что сейчас придётся выдать гномам секрет своего кольца. Он очень сожалел по этому поводу, но ничего другого не оставалось.

– Я собираюсь исчезнуть, – сказал он. – Я отвлеку пауков за собой, если смогу. Вы же должны держаться вместе и бежать в другую сторону. Слева отсюда, кажется, находится место, где мы последний раз видели костёр эльфов.

Гномам трудно было понять, о чём он говорит, особенно когда головы их кружились, а кругом слышны были крики, щёлканье палок и шум метаемых камней. Однако в конце концов Бильбо почувствовал, что медлить больше нельзя: пауки взяли их в кольцо и разом стали наступать. Он неожиданно одел на палец кольцо и к величайшему изумлению гномов испарился в воздухе.

Вскоре где-то справа от них, среди деревьев, раздались крики "Лентяй Паук” и "Аттеркоп”, и это внесло сумятицу в ряды пауков. Они перестали наступать, и часть их устремилась на голос. Слово "Аттеркоп” приводило их в бешенство, из-за чего они теряли способность соображать. И тут Балин, который понял план Бильбо лучше всех остальных, повёл гномов в атаку. Они сгруппировались и, ожесточённо кидая камень за камнем, стали наступать на тех пауков, что составляли левую часть кольца. В результате в этом месте они прорвали окружение и устремились вперёд. Одновременно с этим пение и крики хоббита позади них внезапно прекратились.

Очень надеясь на то, что Бильбо не был схвачен пауками, гномы продолжали бежать. Хотя и не особенно быстро. Они были измотаны, отравлены и могли двигаться, лишь прихрамывая и шатаясь, в то время как пауки не отставали и снова стали приближаться. То и дело гномам приходилось оборачиваться и отражать их атаки, но твари постепенно брали верх, и вот уже некоторые из них ползли по деревьям и нависали над ними, бросая вниз свои длинные, липкие нити.

Снова положение беглецов стало ухудшаться, когда, словно ниоткуда, возник Бильбо и сбоку стал колоть ополоумевших от неожиданности пауков.

– Вперёд! Вперёд! – кричал он гномам. – Я их буду жалить! – И он жалил. Бросаясь из стороны в сторону, он срубал паукам головы, подрубал им ноги и безжалостно вспарывал их толстые животы, если они оказывались слишком близко. Пауки захлёбывались яростью, плевались пеной и шипели ужасные проклятья. Однако было ясно, что они смертельно боятся Жала и не смеют приближаться, видя, что оно снова вернулось их убивать. Поэтому, несмотря на все проклятья, их добыча медленно, но неотступно, уходила из их лап. Всем казалось, что с момента начала их бегства прошёл не один час, настолько трудной была их задача. Но именно в тот момент, когда Бильбо осознал, что он больше не сможет сделать ни единого взмаха мечом, пауки, как по команде, закончили преследование и разочарованные поползли назад, в свою тёмную колонию.

Гномы заметили, что они подошли к краю кольца, где ночью горели костры эльфов. Была ли это одна из тех полян, что они видели прошлой ночью, никто из них не знал. Однако всем показалось, что в этом месте всё ещё осталась витать некая положительная магия, которую пауки ненавидели. В любом случае, здешний свет был более зелёным, а ветки деревьев не такими толстыми и зловещими. Наконец, у них появился шанс прилечь и отдышаться.

Какое-то время они лежали, тяжело и часто дыша. Но довольно скоро у гномов возникли вопросы. Они хотели, чтобы всё, что касалось таинственного исчезновения хоббита, было им досконально рассказано. Когда они узнали о находке кольца, они так воодушевились, что ненадолго позабыли о своих собственных проблемах. Балин особенно настаивал на том, чтобы вся история целиком, включая Голлума, загадки и всё остальное, была заново рассказана Бильбо, и где кольцо бы появлялось в тот момент, когда оно было найдено. Но к тому времени свет уже начал тускнеть, и нужно было успеть задать другие вопросы. Где они сейчас были, и где теперь лесная тропа, где им взять еду и что им теперь делать? Эти вопросы они задавали снова и снова, и ответы они ожидали услышать от маленького Бильбо. Данное положение дел лишь доказывало, что все они не только  коренным образом поменяли мнение о мистере Бэггинсе, но и прониклись к нему глубоким уважением, (как и предсказывал Гэндальф). Действительно, они даже не ворчали и ожидали, что именно он сейчас придумает блестящий план действий, который поможет всем. Гномы отлично понимали, что, если бы не хоббит, все они сейчас были бы мертвы. Поэтому они бесконечное число раз говорили ему слова благодарности. Некоторые из них даже вставали перед ним и кланялись до самой земли, несмотря на то что они от таких усилий падали и какое-то время не могли опять подняться на ноги. Узнав всю правду о причине, по которой исчезал хоббит, они не стали меньше его уважать. Для них он имел смекалку, удачу и волшебное кольцо, а три таких дара были весьма полезны. В конце концов, гномы стали так сильно его восхвалять, что Бильбо и сам начал верить в неоспоримую храбрость самого себя, как путешественника, хотя он с удовольствием отдал бы все свои лавры за что-нибудь съедобное.

Но есть было нечего, совсем нечего. И никто из них не готов был отправиться на поиски чего-нибудь или на разведку утерянной лесной дороги. Утерянная дорога! Никакая другая мысль не занимала сейчас вымотанного Бильбо, кроме этой. Так он сидел и смотрел перед собой на бесконечный ряд деревьев, в то время как гномы стали затихать. Один только Балин, когда все уже замолчали и закрыли глаза, продолжал бормотать про себя и тихо посмеиваться. "Хм! Разрази меня гром! Так вот, как он прошёл мимо меня! Теперь понятно! Значит, "просто подкрался”, да, мистер Бэггинс, "осторожно и бесшумно”? Пуговицы порастерял? Бедный старина Бильбо-бо-бо…” Тут он уснул, и на долгое время вокруг воцарилась полная тишина.

Но тут неожиданно для всех проснулся Двалин и посмотрел вокруг.

– А где Торин? – спросил он. Это был не вопрос, а настоящий удар. И правда, их было всего тринадцать, двенадцать гномов и хоббит. Но где же тогда был Торин? Они недоумевали, какая злая участь постигла его: попал ли он под действие магии или в лапы тёмных чудовищ, и содрогались от обоих предположений, лёжа одни в лесу. Затем они друг за другом провалились в беспокойную дремоту, полную зловещих снов, а вечер сменился тёмной ночью. Здесь мы оставим их – несчастных, больных, уставших и не имевших физической возможности по очереди стоять в дозоре.

Торин был схвачен намного быстрее, чем все остальные. Припоминаете, как Бильбо замертво свалил крепкий сон, после того как он ступил за пределы освещённого кольца эльфов? После него в подобный круг вступил Торин, и как только вокруг погас свет, он упал наземь, как подкошенный, попав под его чары. Весь шум гномов, неистово метавшихся в ночи, их крики о помощи, при нападении пауков, а также звуки боя гномов с этими чудищами прошли мимо его ушей. Затем рядом с ним появились Лесные Эльфы, связали его и унесли прочь с того места, где он спал. Конечно, теми пирующими у костра были Лесные Эльфы. Совсем не злой народ. Единственным их недостатком было, пожалуй, недоверие к чужакам. И хотя они обладали сильной магией, даже в те времена они были осторожны. Они отличались от Высших Эльфов Запада и были более опасны и менее мудры. Ибо многие из них (наряду со своими сородичами, разрозненно жившими в горах) произошли от древних племён, которые отказались отправиться в Западное Царство, в которое ушли Светлые Эльфы, Тёмные Эльфы и Морские Эльфы и жили там многие столетия. Там они совершенствовались и становились мудрее и учёнее, а также изобретали новые заклинания своей магии и оттачивали своё уменье в изготовлении красивых и чудесных вещей. Это продолжалось до тех пор, пока некоторые из них не стали возвращаться в Большой Мир. Там в Большом Мире, в сумерках между нашим Солнцем и Луной, всё ещё жили Лесные Эльфы, которые больше всего на свете любили звёзды. Они бродили по огромным лесам, что росли в затерянных землях. Обычно они селились у самого края лесных чащ, откуда они временами уносились на охоту или на прогулку верхом по открытой местности при свете луны или звёзд на небе. С появлением людей они всё глубже и глубже стали уходить в сумрак леса. И всё же они были и оставались эльфами, а это были исключительно Хорошие Существа.

В большой пещере, в нескольких милях от восточного края

Мерквуда, жил в то время их великий царь. Перед его громадными каменными  дверями бежала река, беря своё начало с лесных высот и устремляясь вниз, к болотам, что лежали у подножья высокогорного лесного массива. Эта огромная пещера, от которой во все стороны шли бесчисленные мелкие пещеры, извилисто уходила глубоко под землю и имела множество проходов и просторных залов. Однако она считалась лучше любой подобной пещеры, в которой жили гоблины, ибо была светлее, не такой глубокой и не слишком опасной. По сути подданные царя в основном жили и охотились в лесах и имели дома или хижины, обустраиваемые на земле или на ветках деревьев. Их любимыми деревьями были буки. Пещера, где жил царь, была его дворцом, сокровищницей его богатств и крепостью для его народа против их врагов.

В ней также имелась подземная тюрьма для пленников. Поэтому Торина привели именно в царскую пещеру, не особенно с ним церемонясь, ибо эти эльфы не любили гномов и приняли его за врага. В стародавние времена они вели войны с некоторыми племенами гномов, обвиняя их в краже их сокровищ. Хотя здесь справедливо будет заметить, что гномы трактуют те события по-своему. Они утверждают, что взяли лишь то, что им причиталось, и будто бы лесной царь эльфов договорился с ними, что они сделают из его бесформенного золота и серебра искусные вещи, но потом отказался оплатить их труд. Если у лесного царя и была слабость, то она заключалась в его любви к сокровищам, особенно к серебру и прозрачным драгоценным камням. И хотя его пещеры были доверху заполнены ими, он желал получить ещё больше, чтобы сравняться по богатству с древними властителями эльфов. Его народ был равнодушен к поиску драгоценных металлов или камней, так же как и к торговле или возделыванию земель. Всё это было хорошо известно каждому гному, хотя семья Торина никогда не участвовала в давней ссоре, о которой я рассказал. Следовательно, Торина разозлило подобное с ним обращение, когда с него сняли чары, и он пришёл в себя. Более того, он твёрдо решил, что не скажет ни одного слова о драконьем золоте и камнях.

Лесной царь сурово посмотрел на Торина, когда тот предстал пред его очи, и задал ему несколько вопросов. Однако Торин сказал лишь о том, что он умирал от голода и жажды.

– Почему ты и твои люди трижды пытались напасть на нас во время празднования? – спросил царь.

– Мы не нападали на вас, – ответил Торин. – Мы хотели просить еду, потому что умирали с голоду.

– Где сейчас твои друзья и что они делают?

– Я не знаю, очевидно, они где-то голодают в лесу.

– Что вы делали в лесу?

– Искали пищу и воду, потому что умирали с голоду.

– Но что вас привело в этот лес? – спросил царь гневно.

И тут Торин не сказал ему ни единого слова.

– Ну, хорошо! – сказал царь. – Уведите его и не спускайте с него глаз, пока он не решит, что настало время сказать мне правду, даже если продлится сто лет.

Эльфы связали ремнями Торину руки и заперли его в одной из внутренних пещер с крепкими деревянными дверями. Ему принесли в достаточном количестве еды и питья, хотя и не самых лучших яств. Лесные Эльфы не были гоблинами и хорошо обходились даже со своими злейшими врагами, если те попадали к ним в плен. Единственные живые существа в лесу, к которым они не питали ни капли жалости, были гигантские пауки.

Итак, Торин оказался в подземной темнице Лесного Царя. После того, как он поблагодарил эльфов за хлеб, мясо и воду, он стал гадать, что же случилось с его несчастливыми друзьями. Прошло совсем немного времени, и он всё узнал, однако эту историю вы найдёте на следующих страницах, где повествуется о новом приключении, в котором хоббит снова показал всем свою полезность.

Категория: Доступно для чтения | Добавил: voronine
Просмотров: 1825 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии и скачивать материалы могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Все переводы
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Поиск